Четвертые сутки Туапсе пребывает в крайне тяжелой реальности: над городом нависает дым, дворы и улицы покрыты мазутными пятнами, а местные жители ощущают последствия происходящего не только визуально, но и буквально — кожей, одеждой и каждым вдохом. То, что начиналось как ночная атака беспилотников, стремительно переросло не просто в трагедию с человеческими жертвами, но и в полноценное экологическое бедствие: морской терминал охвачен огнем, в городе оседают продукты горения, а очевидцы рассказывают о запахе гари и так называемом «нефтяном дожде». Подробности — в репортаже 93.RU.
В ночь на 16 апреля Краснодарский край подвергся атаке беспилотников, причем самые тяжелые последствия зафиксированы именно в Туапсе. Изначально власти сообщили о гибели двух детей, однако позже уточнили: погибли 14-летняя девочка и 29-летняя девушка. Еще несколько человек пострадали — в итоге речь шла о семи раненых, среди которых оказался ребенок. При этом тело девочки, по всей видимости, так и не было обнаружено: волонтеры продолжают поиски в соседней лесополосе, а по городу расклеены ориентировки. Удар затронул не только жилые строения: обломки беспилотников повредили частные и многоквартирные дома, учебные заведения, музыкальную школу, а также объекты в районе морского порта. После атаки в городе отменили занятия, открыли пункт временного размещения, а комиссии приступили к подсчету ущерба. Однако уже тогда стало очевидно: последствия выйдут далеко за рамки бытовых неудобств — утром жители увидели в небе густой черный дым, почувствовали запах гари и начали жаловаться на затрудненное дыхание даже в закрытых квартирах.
По словам местных, всю ночь в Туапсе слышались взрывы, а с рассветом город накрыл тяжелый запах. Люди писали, что дым виден даже в Агое, и прямо говорили о страхе, вызванном непониманием, где укрыться при отсутствии нормальных общедоступных убежищ. Власти тогда заявляли, что концентрация вредных веществ в воздухе не превышает нормы, но санитарные врачи рекомендовали не открывать форточки и избегать длительного пребывания на улице — сама эта формулировка звучала тревожно, порождая вопросы: если воздух «в норме», зачем советовать прятаться в домах? Спустя время выяснилось, что в порту Туапсе поврежден ряд объектов и гражданские суда; по данным СК, под атаку попал и нефтяной танкер под флагом Либерии, а его капитан получил ранения.
Позже власти наконец признали, что в порту загорелось технологическое оборудование. Пожар тушили несколько дней — 17 апреля сообщалось, что на месте работают 177 человек и 56 спецмашин. Именно тогда экологическая катастрофа стала очевидной не только из официальных сводок, но и из кадров, снятых местными жителями: они писали и снимали, что дым от пожара тянется даже на подъезде к соседним населенным пунктам. В соцсетях появились видео черной пленки в речке Туапсе, а затем — сообщения, что загрязнение достигло Черного моря. На этом фоне особенно тревожно звучали сведения, что черные разводы появились на воде, а боновые заграждения не смогли полностью сдержать загрязнение.
Пожар после первой атаки потушили лишь через три дня, а 20 апреля Туапсе атаковали снова — удары вновь пришлись на морской терминал, где начался новый пожар. Как и в первый раз, площадь возгорания не называли; масштабы можно оценить лишь по тому, что за четыре дня спасателям удалось лишь уменьшить площадь огня вдвое. Губернатор сообщил об одном погибшем и еще одном пострадавшем; позже стало известно, что повреждены школа, детский сад, музей, церковь, многоэтажки и газовая труба. Город снова оказался в той же ситуации: громкие взрывы, тревога, повреждения, дым, пожар и ожидание официальных объяснений. С утра жители вновь спрашивали друг у друга, где ближайшее укрытие и что делать, если подвалы закрыты, а ключи неизвестно у кого. В тот же день, 20 апреля, в Туапсе обнаружили нефтяное пятно в Черном море площадью 10 тысяч квадратных метров; нефтяную пленку заметили на спутниковом снимке от 19 апреля. Это назвали последствиями атаки за 16 апреля — власти снова признали повреждения морского терминала. 21 апреля специалисты официально выявили ядовитые вещества в воздухе над городом: отмечено превышение в два-три раза допустимых концентраций бензола, ксилола и сажи. А к 22 апреля ситуация стала уже совсем тяжелой.
