Корреспондент нашего новостного сайта поговорил с 36-летним Ильёй Гудошником, четыре года руководящим Нерюнгри — угольной столицей Якутии, последним выборным мэром города. В прошлом — свадьбы, епархия, джиу-джитсу. Прежде город считался одним из самых депрессивных в республике и на Дальнем Востоке, но в интервью назван «переставшим быть помойкой».
Вместо ожидаемых разбитых тротуаров, пьющего между вахтами населения и хтони автор увидел современный аэропорт, парк, похожий на московский сквер, и открытого мэра. Говорили о болях жителей, взяточниках и работе главы, пришедшего вопреки системе.
Нерюнгри — промышленный город, создававшийся для Южно-Якутского угольного комплекса. Статус города — 6 ноября 1975 года; в прошлом году ему исполнилось 50 лет. Якутия вторая по добыче угля после Кузбасса; к 2030 году в Нерюнгринском районе планируют 80 млн тонн — пятую часть российского угля. Советские планы о 100 тыс. жителей не сбылись.
В кабинете мэра — портреты Владимира Путина и Айсена Николаева, бюст Владимира Жириновского, иконы. Гудошник руководил православным движением, был заместителем председателя, поддерживает епархию, архиепископа Романа и батюшек, имеет право служения. Вера с детства, осознаннее — позднее. Епархии помогает материально, временем и связями ещё до главы. Мэрия общается с православными, мусульманами и буддистами: вера скрепляет, особенно во время СВО.
Из шахтёрской семьи, в 15 лет поступил в колледж, через год стал председателем профкома. Учился на программиста, но ушёл в молодёжную политику, парламент, депутатский корпус, затем стал главой. Отчим с 16 лет — шахтёр с большим стажем, тесть тоже. Их жизнь стабильнее, но труд настолько тяжёл, что и 200 тыс. рублей недостаточно: он убивает здоровье. Существенного роста зарплат мэр не подтверждает — и раньше, и сейчас более-менее неплохо, хотя каждый год что-то качается.
