Корреспондент MSK1.RU изучил интервью Ксении Собчак. Ариела, старшая дочь Оксаны Самойловой и Джигана, впервые подробно описала июльскую ночь, когда рэпер стрелял в охрану. Денис, настоящее имя музыканта, вернулся из Израиля в 4 утра и заявил, что семья в опасности. Наркотики он отрицал, но Ариела ощутила химический запах. Работники слышали его слова о преследовании и угрозе детям; оружие он взял якобы для защиты.
В доме были дети, няни, охрана и рабочие. Шестилетний Давид видел отца с автоматом; няня сказала, что в доме воры, а папа охраняет. Оксана, будучи за границей, узнала обо всём от дочери и велела спрятать Ариелу, Лею, Майю и Давида после стрельбы по охранникам, боясь сопротивления при задержании. Дети и няни укрылись в туалете и гардеробной, проведя там около 35 минут. Матери Ариела сообщала, что отец запер их, идёт стрелять, убьёт, и признавалась в любви.
После 2020 года отец не раз угрожал семье. Однажды он целился в маму из ружья; после его задержания дом был в крови, лифт разгромлен, в окне — следы выстрелов. В июле Джиган ходил с автоматом, пистолетом и еврейской шапкой, выходил к охране и «в бреду» обвинял охранника, хотел его казнить. Дети отвлекали отца рисунками к шабату, так как такие разговоры снижали агрессию; через 40 минут он ушёл.
Джигана скрутили, сделали укол и отвезли в клинику. Оксана рассказала: интоксикацию выводили 1,5 месяца, затем он улетел в Израиль. Она с ним не разговаривала, общаясь с врачом, поскольку музыкант не мог адекватно мыслить и не осознаёт ответственность, говоря, что никого не убил. Самойлова надеется, что он долечится: в рехабе ему нужно провести минимум год, а досрочное возвращение считает смертельно опасным.
